Ковбои из Красного Восхода

Коневладелец создал в Усть-Качкинском поселении кусочек Дикого Запада

Типичный городок из вестерна – узкая улочка, на которой расположились станция экспресса, банк и салун с характерными дверями, похожими на крылья летучей мыши. На коновязи висят седла, в загоне бегает гнедой конь, два ковбоя проезжают верхом через ворота с бычьим черепом над ними. Нет, это не съемки фильма и не аттракцион, а повседневная жизнь конюха из поселка Красный Восход Анатолия Никулина и его сына.

Лошадьми Анатолий заболел еще в детстве, когда его отправляли в деревню к бабушке. В те годы в деревнях было много лошадей, на них пасли коров и использовали для других работ. Как-то раз местный пастух привязал свою лошадь к ограде и ушел. Тогда пятилетний Толя решил прокатиться. Он отвязал кобылу, привел на поводу на конный двор, расположенный неподалеку. Минут пятнадцать залазил верхом, используя телегу в качестве подставки. Наконец залез, и лошадь с юным всадником неспешно пошла по улице. Затем дошла до горки и побежала. И тут мальчик почувствовал, что соскальзывает со спины – седла-то на лошади не было. На его счастье, это безобразие увидел старший брат, возвращающийся верхом с сельскохозяйственных работ, успел подскочить на своем коне, схватить Анатолия за шиворот и посадить перед собой. Но страха не возникло, сумасшедшая поездка понравилась, так любовь к лошадям и появилась. Когда Никулину исполнилось 13 лет, ему разрешили возить на лошадях сено. Потом катался на пермском ипподроме.

Решение стать коневладельцем со своей конюшней тоже пришло к Анатолию после экстремального опыта. 3 января 2002 года старший сын Яков предложил Никулину покататься на ипподроме. Решили быстро поскакать по Балатовскому лесу вслед за инструктором. Инструктор повернул налево, а Анатолий понял, что на такой скорости не впишется в поворот и решил поскакать прямо, чтобы потом развернуться. Но у лошади было свое мнение на этот счет, и она привычно развернулась вслед за ведущим, а Никулин в первый раз в жизни вылетел из седла. Яков тоже не удержался. Инструктор поскакал ловить лошадей, а отец с сыном, благополучно выбравшись из сугроба, пешком пошли к машине. И пока шли, Анатолий твердо решил, что хочет своих лошадей. Уже на следующий день он стал присматривать животных для покупки. В итоге приобрел четырех скакунов.

Нашел участок с заброшенной колхозной конюшней в Красном Восходе, купил его и начал постепенно превращать его в уголок Дикого Запада. Позднее конюшня получила и название — «Золотой Полоз», в честь фильма по мотивам сказов Бажова, в котором Никулин вместе со своими лошадьми снимался в 2007 году.

Число лошадей в его конюшне доходило до сорока голов, но сейчас их число сократилось до трех с «половиной» – парочки белых скакунов, необъезженного гнедого и пони. Заботиться о большем числе коней уже не хватает времени и сил, а привлекать рабочих во время коронавирусных ограничений выходит накладно. Лошадь каждый день чистить, стойло убирать, но самое главное, со скакуном нужно работать – то есть ездить верхом на нем больше часа.

Младший сын Никулина Лев, хоть и имеет свой бизнес в городе, поддерживает отца, выступает на его лошадях на соревнованиях, регулярно побеждает (недавно он выиграл один из забегов, которые прошли в Юго-Камском в честь Сабантуя). Самому Анатолию всегда больше нравились конные походы.

А еще семья Никулиных и их друзья занялись съемками любительских фильмов в стиле юмористического вестерна. Короткометражки «Настоящая дружба» про ковбоя Левандовского и дедушку Хью можно увидеть на «YouTube» на канале «Проект Никулин». Американские прерии играют прикамские поля, заросшие борщевиком, салун из «Золотого полоза» в роли салуна, в главных ролях – Анатолий и Лев. Последний еще умудрился побыть и режиссером, и оператором, и монтажером. Также к съемкам привлекли многих коневладельцев Пермского района и даже настоящего шамана из индейской деревни «Дети ветра».

– Два года собирался что-то поснимать, потом все же купил камеру, – рассказал Лев. – Начал с обычных блогов, где рассказывал о жизни на конюшне. И понял, что хоть это мое, но и не совсем. Тогда начал снимать фильмы, где есть и ковбои, и лошади, и перестрелки, и драки из-за самородного золота.

Конюшня «Золотой полоз» стала идеальной декорацией. Если «банк» или «станция дилижанса» внутри просто домики, где могут пожить гости, то салун самый настоящий – с барной стойкой, столами и чучелами медведей и других животных, которых подарили Никулину друзья. У него вообще богатая коллекция разных диковин, а одна из комнат конюшни превращена в каминный зал, где выставлены старинные чугунные утюги, которые надо наполнять углями, самовары, колокольчики, которые вешали на хомут лошадям, расписные сундуки и другой антиквариат. Кроме «американской» улочки, в «Золотом полозе» есть и русская с избушками и, конечно, банькой. Но сейчас весь этот комплекс для любителей конного туризма пустует – виноваты все те же ковидные ограничения.

– У нас нет задачи заработать, – объяснил Анатолий Никулин. – Когда люди приезжают в «Золотой Полоз», для нас неважно, будут они потом кататься только здесь или нет. Куда важнее дать им по-настоящему почувствовать лошадь, привить к ним любовь. Поэтому у нас никто в седло не садится, пока сначала свою лошадь не почистит, гриву не причешет, не покормит и не погладит. Это позволит человеку преодолеть страх перед лошадью, привыкнуть к ней, понять, что она его не обидит. И потом уже верхом он будет увереннее, быстрее усвоит азы и станет настоящим всадником. Хотелось, чтобы у нас было больше конников, ведь лошади – счастье.

https://www.youtube.com/channel/UCpmpXKoiclhmbhjHgDGF-YA