МАЛЕНЬКОЕ ЧУДО В МАСШТАБАХ РОССИИ

Бескрайняя Россия, многие из исконных мест её славятся своим ремеслами: хохломская и городецкая роспись, дымковская игрушка, юговской каретный промысел. Мест народного мастерства не перечесть. Но были в старой Руси и другие ремёсла, обыденные, повседневные. Например, плетение корзин и лаптей, ткачество холста и половиков. Всё это считалось нехитрой работой, занимались ею не отдельные мастера, а практически в каждой семье. Плоды трудов этих людей были затребованы жителями крестьянской Руси в огромных количествах.

Сегодня эти ремёсла умирают. Например, лапти из повседневной обуви превратились в редкий сувенир. Ещё живут в глубинке отдельные мастера, посвященные в секреты лапотного плетения, но их продукцию на ноги почти никто не надевает. Ей предназначено быть украшением интерьеров.

Иное дело – половики…

Прабабушкин станок

Ткацкие станки, собранные из потемневшего от времени дерева, пока встречаются кое-где в деревнях. На некоторых из них ещё работают старушки, другие уже остались без своих хозяек и перекочевали из домов в сараи. Но бывает, что некоторые из станков возвращаются к жизни. Так случилось и в семье Новокрещенных в Кукуштане.

Шесть лет назад ушла из жизни Анна Егоровна, хозяйка старинного ткацкого станка. Мечта напоследок поработать на станке, унаследованном еще ею от родной бабушки, так и осталась неосуществлённой. Хотя для работы всё было готово. Только садись и тки половик.

«А вот сяду и сотку!» - пришло в голову её сыну. Когда Василий Александрович был ещё мальчишкой, мама учила его работать на этом станке, но ни одного половика Новокрещенных-младший с тех давних лет так и не соткал. Только что «молодой пенсионер» помог троим своим взрослым сыновьям построить в Кукуштане дома. Сыновья с семьями обживаются в новостройках, а душа их отца, Василия Новокрещенных, требует какого-то приложения сил. Пусть хоть такое будет!

И Василий Александрович сел за станок.

Немного истории

У славян изготовление напольных ковриков, дорожек, покрывал относилось к «низовым» техникам. Изделия эти не предполагали высокого уровня мастерства, как того требуют плетение кружев или ткачество тонких тканей. Да и ткали чаще всего напольные дорожки из старых матерчатых вещей, которые отслужили свой срок. В качестве основы использовали крепкие прочные нити, а вот поперечными были полоски ткани.

Схема работы довольна проста. Между натянутыми нитями основы способом переплетения протягиваются поперечные нити или куски ткани. Периодически их требуется уплотнять специальными бердами, напоминающими расчёски. Ими и сбивались поперечные ряды в сплошное полотно.

В прошлые века в русских избах полы были некрашеные. Процесс мытья этих полов выглядел примерно так: сначала их тёрли молотым кирпичом, затем несколько раз смывали. Сосновый пол становился белым, как после рубанка. Вот и закрывали его половиками, чтобы он дольше не пачкался. Впоследствии полы стали красить, но привычные полосатые половики с них не убрали. Лёгкие полотнища половиков служат не хуже паласов, а стирать их гораздо проще.

Ремесло становится искусством

- Муж у меня из породы трудоголиков! – рассказывает о своем супруге Валентина Новокрещенных. – Говорит: «У сыновей новые дома. Внуки подрастают, а на пол бросить нечего». И сел за станок. Само собой, не сразу всё вспомнил, чему его мама в детстве учила. Нитки перепутались, первые половики ушли в брак. Потом пришла сноровка, а через некоторое время и мастерство.

Такое ткачество - работа вполне выгодная. Один погонный метр половика обходится ткачу в сто рублей – примерно столько стоят нитки основы и порезанная на лоскутки ношеная одежда. А продать готовую продукцию можно в 4-5 раз дороже. Половики получаются яркие и долговечные. Тем дорожкам, которые сейчас лежат у них в горнице, – десятки лет. Их соткали ещё до свадьбы Василия и Валентины. И не выцветают половики, и сноса им нет.

Сегодня ткачеством занимаются уже оба супруга. В семье Валентины когда-то тоже ткали такие половики. Без особого напряжения освоила производство и она сама.

В начале марта односельчане отправили семью Новокрещенных в Пермь на «Ярмарку народных промыслов». Поехали туда со станком. Ткали половики прямо при народе. Василий Александрович успел обойти всю ярмарку и полюбоваться старинными ремёслами.

- Мне больше всего понравилось, как люди работают с берестой, - делится впечатлениями Василий. – Загляденье, когда мастер при помощи костяных инструментов наносит узоры на бересту. Очень понравилось изготовление набивных тканей. У этих мастеров есть чему поучиться!

А у Валентины Николаевны на ярмарке были другие заботы, и воспоминания у неё остались совершенно другие. Весь день на ярмарке она провела за станком. В тот день за пять часов работы она соткала два метра половика. К ней подходили люди, задавали вопросы, записывали её ответы. Одна из посетительниц попросилась за станок — в детстве мама тоже учила её ткать половики. Увидев, как работает Валентина, ей захотелось вспомнить заученное.

- Я помню, каким счастьем засветились глаза женщины, когда у неё стало получаться. Восторг труда, радость творчества…И всё это благодаря нашему старому станку!

Василий и Валентина Новокрещенных заняли первое место на XXI межрегиональной выставке изделий декоративно-прикладного творчества в номинации «Ткань и ткачество». К этому моменту они изготавливали половики меньше года.

Станок не уйдёт из семьи

- Василий Александрович, вы умеете неплохо работать с деревом, вы могли бы воспроизвести этот станок?

- У меня есть станок для многофункциональной обработки древесины. На нём я смог бы воспроизвести все деревянные детали прабабушкиного станка. Все, кроме одной. Я сомневаюсь, что сегодня хотя бы кто-то сумеет воспроизвести эту деталь – бердо.

Бердо – это такая рама-расческа. Обычно оно сделано из тонких деревянных щепочек. Каждая щепочка носит название "зуб". От плотности, с которой расположены зубья в берде, зависит плотность ткани. Больше зубьев – больше плотность. А вставляются зубья в жёсткую рамку, связанную из суровой нитки.

- Мне повезло – в прабабушкином станке оказалось запасное бердо, - продолжает Василий Новокрещенных. – Уже, чем нам нужно для работы. Мы с женой используем зубья из него, когда ломается зуб в основном берде. Зубьев должно хватить ещё на несколько лет.

- Младшие поколения вашей семьи заинтересовались ткаческим ремеслом?

- Жёны сыновей – люди занятые. У каждой профессия, им некогда заниматься ткачеством. Конечно, им интересно понаблюдать, но поддерживать нас они не будут. Пока не будут, во всяком случае. Может быть, вырастят они детей, выйдут на пенсию и подумают, не сесть ли за станок.

- Зачем садиться, если их никто не научил на нём работать?

- Их – нет. Но знания в семье не пропадают. Мы обучили внучек, чтобы они когда-нибудь научили своих матерей.

Ксюше 10 лет, Насте – 9. Недавно бабушка с дедушкой устроили для них мастер-класс. Ученицы оказались сметливые, показали хороший результат. Ещё 2-3 таких урока – и в память девочек бабушкины уроки врежутся навсегда. Так же, как когда-то мамин урок запал в память юного Василия.

У сельского жителя не бывает свободного времени. Даже когда он выходит на пенсию, у него всегда остаётся забота об огороде, скотине и птице, о младшем поколении семьи. На ремёсла и увлечения остаются только долгие зимы, как когда-то в старину, у предков.

В минувшую Масленицу Василий Александрович вынес сотканные ими половики на деревенскую площадь. Люди интересовались «в меру». В ученики тоже никто не напрашивался. Но всё-таки в масштабах страны в этом году произошло маленькое чудо: за один из тысяч опустевших ткацких станков вернулись мастера. Значит, дольше просуществует на нашей земле одно из древних русских ремёсел. Может быть, даже значительно дольше, если к этому делу подключится молодёжь. Вы их только научите, дедушка с бабушкой!