Шестилетний Дима Макаров гордится своим отцом: «Мой папа работает на фронте»

Младшие Макаровы очень скучают по папе. В последнее время Дима и его трехлетняя сестренка Варвара видят папу очень редко, когда он приезжает в короткий отпуск. Свою тоску дети вкладывают в рисунки, на которых их папа — сильный и смелый  — бесстрашно расправляется с врагами. Эти рисунки Алексей Макаров бережно хранит в своем рюкзаке. В  минуты затишья он рассматривает их и мысленно разговаривает с Варенькой и Димой. Становится тепло, временами даже постоянное напряжение отпускает...

Такая работа

На эту «работу» Алексей Макаров «устроился» в сентябре 22 года вместе с тысячами российских мужчин, мобилизованных для участия в специальной военной операции. Для семьи это стало полной неожиданностью.

Когда объявили мобилизацию, сердце защемило, — вспоминает мама бойца Анна Макарова. — Старший сын Андрей срочную службу проходил в спецназе, у него подходящая воинская специальность, я думала, что, скорее всего, Андрюшу заберут. А на следующий день повестка на Алексея пришла.

Алексей вместе со своей супругой Настей в это время находились в Перми по семейным делам. Безмятежность молодых людей прервал телефонный звонок: «Явиться. Такого-то числа. Во столько-то. С вещами».

Алексей было запротестовал, мол, дела надо доделать, но голос в телефонной трубке был неумолим: «А за неявку — уголовная ответственность».

И тут Алексей Макаров осознал всю серьезность этого звонка.

Буквально накануне вместе с друзьями обсуждали спецоперацию на Донбассе, разговаривали о мобилизации, и все сходились во мнении, что Алексея это не затронет. Молодой отец, двое детей, ценный кадр на производстве…

Сейчас стыдно об этом говорить, — признается Анна Макарова, — но я Алеше предлагала устроить больничный, лечь на обследование. А он сказал, как отрезал: «Всю жизнь скрываться не буду. Раз вызвали, значит, я там нужен».

Проревевшись, женская половина Макаровых начала собирать сына и мужа в дорогу. Мужская половина — отец Петр Леонидович, старший брат Андрей, к ним же присоединились друзья Алексея — тоже начала сборы. Но если женщины обсуждали, каких и сколько взять продуктов, то мужчины пытались собрать подходящее обмундирование и необходимые, на их взгляд, инструменты.

Семья на дистанционке

27 сентября в числе других мобилизованных пермяков Алексей Макаров отправился в Елань. Бояться того, что в тот момент происходило на Украине, было глупо, что там было на самом деле, никто из мобилизованных пока не знал. Армейских трудностей Алексей не боялся, на срочную ушел, не успев сдать выпускные экзамены в колледже, служил в ракетных войсках стратегического назначения, и там приходилось выкладываться по полной. Ну а что касается быта, он все-таки вырос в многодетной семье, умел и за себя постоять, и за домашним хозяйством присмотреть, а родители — Анна Ивановна и Петр Леонидович — научили доброжелательности по отношению к людям.

Поэтому, засыпая под мягкое шуршание автобусных шин, Алексей вспоминал свою первую встречу с Анастасией, своей супругой. Нет, на самом деле они были знакомы давно, ведь старший брат Алексея, Андрей, был женат на Марии, старшей сестре Насти. Но она тогда была школьницей, на которую и внимания обращать не стоило. Но однажды, во время срочной службы, родители приехали навестить Алексея и привезли с собой Настю, которая мечтала побывать в Ижевском зоопарке. Вот тогда-то парень и разглядел в школьнице взрослую серьезную девушку с невероятно тонкими чертами лица.

Когда Алексей вернулся, молодые люди еще долго встречались, а когда поженились, перед алтарем пообещали друг другу: «И в горе, и в радости…».

Я запрещаю себе думать о плохом, — твердо говорит Анастасия. — Мой муж в командировке. Очень ответственной, тяжелой, сложной, но он все равно рядом. Мы постоянно перезваниваемся, насколько это позволяет боевая обстановка, обсуждаем домашние дела, когда я затеяла ремонт в квартире, то именно с мужем обсуждала все тонкости и даже цвет обоев. А когда дети не слушаются, звоню Алексею по видеосвязи, и он с ними разговаривает. У нас семья на дистанционке!

Аккуратно и методично

В Елани мобилизованные провели четыре месяца, мужики вспоминали армейские навыки, стреляли на полигоне, изучали оказание первой медицинской помощи. Когда пришло время распределяться по подразделениям, пермские, их было 19 человек, всем составом записались в саперы, так все вместе и попали на Запорожское направление. А там снова на полигон, здесь весьма интенсивно, по десять часов в сутки изучали навыки саперного дела. Два года Алексей и его товарищи занимались разминированием. Был и на самом переднем крае, расчищая штурмовикам проходы, шел вслед за линией фронта, ликвидируя неразорвавшиеся снаряды, заложенные врагом мины. В начале этого года его перевели в подразделение беспилотных летательных аппаратов, теперь он начиняет снарядами дроны, с которыми потом операторы охотятся за боевиками.

— Конечно, опасно,  — усмехается Алексей в ответ.  — Постоянные прилеты,  от них никуда не деться. Блиндажи, конечно, замаскированы, но ведь и хохлы не дураки. Если наши «вскрывают» их укрепления, значит, и они могут нас «вскрыть»? Работать все равно надо — аккуратно, методично. Десять дней на боевых позициях, десять дней — на отдыхе и так полгода. Потом короткий отпуск — и снова за работу.

Алексей часто вспоминает своего деда — Ивана Ивановича Соколова, который в 17-летнем возрасте ушел добровольцем на Великую Отечественную войну, служил в мотострелковом полку, подвозил снаряды, а после Победы добивал фашистов в Японии. Он ушел из жизни рано, внуки были еще совсем маленькими, но в цепкой детской памяти сохранился тихий перестук орденов и медалей, когда дед по большим праздникам надевал парадный пиджак.

Как перестать плакать

Сначала я плакала. День и ночь, по любому поводу могла в слезы удариться. А потом ко мне пришла моя ученица, дочь моей подруги и сказала: «Анна Ивановна, чего расклеились? Возьмите себя в руки! По живым не плачут!» И так она это жестко сказала, отрезвила меня… Я потом подумала: и вправду, мне гордиться сыном надо — не смалодушничал, не струсил, такое дело большое делает для всей страны, а тут я со своими слезами. Вот с тех пор и начала, чем могу, помогать фронту. Для сына стараюсь. Для всех ребят, которые рядом с ним. И ему легче, и мне не так тяжело ждать сына.

С тех пор, когда Анна Макарова запретила себе плакать, она посвятила себя помощи бойцам, участвующим в специальной военной операции. А началось все с того, что скинули ей ролик, на котором был заснят нелегкий военный быт — после обрыва линии электропередач бойцы сидели без электричества и, пока аварийные службы не восстановили электроснабжение, не могли даже чаю себе согреть.

На месте этих бойцов вполне мог быть ее сын. Но вместо того, чтобы заламывать руки, Анна Макарова заказала на маркетплейсе парафин, запретила домочадцам выбрасывать железные банки из-под зеленого горошка и кукурузы, нарезала картон и вместе с ближайшей подругой принялась делать блиндажные свечи по мастерклассам из интернета. Первая свеча горела, не гасла целых 12  часов. Анна Ивановна даже чайник с водой на ней вскипятила, чтобы быть уверенной, что все сделано правильно. Позже она, конечно, усовершенствует технологию изготовления свечей, договорится, чтобы ей привозили жестяные банки с курорта, привлечет к изготовлению свечей всех своих подруг, соседей, коллег бывших и настоящих. Производство работает до сих пор, кто не может работать руками, приносят деньги на материалы или сами закупают необходимое.

— Даже мастер-класс однажды провела для школьников и их родителей, — улыбается Анна Ивановна. — Ребята такими серьезными стали, когда делом занялись, каждый нарисовал открытку с пожеланием победы, а потом с нескрываемой гордостью запечатали коробку со свечами и подписали «От  3 класса Усть-Качкинской школы».

Всем миром

Дом Макаровых с большой верандой сегодня превращен в склад гуманитарной помощи, которую жители поселка УстьКачка собирают практически с самого начала специальной военной операции. Здесь и продукты длительного хранения, и носки-варежки, которые вяжут мастерицы, и сети, которые плетут ветераны и школьники, и средства гигиены, которые собирают в специальные ящики, установленные в магазинах поселка, и инструменты, которые закупают по заявкам бойцов. Все это потом переправляется либо на централизованные сборные пункты, либо с оказией непосредственно на передовую.

— Гуманитарка к нам часто поступает, — подтверждает Алексей. — Каждые два-три месяца из Кояново машина приходит. Там и личные посылки, и на подразделение — сети, свечи, вкусняшки, медикаменты… Берешь в руки такую коробку и сразу понимаешь, ради чего ты тут. Понимаешь, что за твоей спиной вся Россия…