В ДНИ МИРА И ВОЙНЫ

ПАРТИЯ СКАЗАЛА: «НАДО»

На работу в полицию каждого приводит своя дорога. Эксперта Рафаэля Арасланова – комсомольская путёвка. Тогда еще молодого Рафаэля, в то время работающего бригадиром Пермского деревообрабатывающего завода, в 1984 году руководство завода направило работать в милицию.

– Я не имел никаких претензий. В те годы я ещё смотрел фильмы про милицию, ещё читал детективы. Мне было все это интересно и хотелось проверить себя.

– Ещё смотрел, ещё читал… А сейчас?

– Сейчас… Детективный фильм начинается, и я переключаю канал телевизора. Это интересно лишь для тех, кто знает о нашей работе понаслышке. Беллетристика есть беллетристика, а жизнь есть жизнь, и делать какие-то выводы, основываясь на художественном вымысле автора, недопустимо. Любое следствие – это факты. А экспертиза – это факты, особенно важные для следствия, подтверждающие или опровергающие версию преступления. Правда будней человека моей профессии всегда шире и полнее любой, даже самой талантливой авторской фантазии. В жизни совсем иные реалии, иные мотивы поступков. Например, в моей судьбе были прыжки с поезда, приходилось идти с голыми руками на нож или под топор преступника. Но если всё то же самое описать в книге, получится совсем другой эффект.

– Вас учили прыгать с поезда?

– Конечно, никто не учил. Помогала спортивная подготовка. И вообще, нужда заставит – спрыгнешь. По комсомольской путёвке меня направили в службу уголовного розыска Пермского района. Но сначала – на шестимесячные курсы школы уголовного розыска. Чтобы проникся. В райотделе моим наставником стал капитан милиции Рухат Аков. Именно он помог мне получить основные знания о профессии. Именно тогда я и понял, насколько далека милицейская повседневность от кино и литературы.

Но судьба готовила Рафаэля Наильевича совсем для другой милицейской профессии.

Что непосвященные знают об экспертах? Не так уж много. Из детективных книг и кинофильмов мы усвоили, что эксперт всегда одним из первых прибывает на место преступления, всегда находит там материальные следы, оставленные преступниками, и уже на своём рабочем месте всегда может выжать из найденных улик максимум полезной информации для дальнейшего раскрытия преступления, тем самым помочь следствию с доказательной базой.

– Для меня это просто был шаг в сторону. Эксперты всегда работали в тесном контакте с работниками уголовного розыска. С экспертным чемоданом практически каждый день мне приходилось добираться на попутном транспорте до отдаленных деревень и поселков Пермского района, туда, где было совершено то или иное преступление, ведь на весь отдел у нас была лишь одна дежурная машина. Из Верхних Муллов – в Сылву. Потом в Юго-Камский и в Кукуштан. По вызову местных следователей. Примерно так выглядел рабочий день каждого эксперта. На месте преступления снимаешь отпечатки пальцев, заливаешь гипсом следы обуви, фиксируешь отпечатки автомобильных покрышек, ищешь стреляные гильзы и прочие следы преступления, которые потом предстоит изучить на своём рабочем месте. В те годы эксперты были универсалами. Эксперт сам искал себе работу. Что обнаружил на месте преступления, то и будет исследовать. Если он человек добросовестный, наблюдательный и болеет за своё дело, то сумеет обнаружить все улики и извлечь из экспертизы максимум полезной информации. Если что-то упущено в самом начале, то и экспертиза будет отрицательной. К 2003-му году «дорос» до начальника отдела.

Сегодня выросло новое поколение экспертов. Электроника позволяет за предельно короткое время проверить и перепроверить результат. Оборудование прошлых лет заставляло экспертов-криминалистов работать сразу и «набело», не прощало ошибок. Но лучшие эксперты и сегодня умеют успешно совмещать «старую» и «новую» школы. Дело от этого только выигрывает.

Подчерковедческая экспертиза, трассологическая, баллистическая, дактилоскопическая, фоноскопическая, графологическая, экспертиза взрывчатых веществ, взрывных устройств, техническая, экспертиза документов и прочая, и прочая, и прочая… Через руки работников экспертно-криминологического отдела проходят материальные улики всех совершенных в районе преступлений. Сегодня эксперты отдела распределяют работу так, чтобы каждый занимался тем, что ему лучше удаётся.

Криминалистическая наука постоянно развивается и дополняется новейшими методами и технологиями, помогающими в ведении расследования. Один из таких методов — ДНК-исследование, которое предоставляет возможность по оставленным органическим следам (например, по волосам, поту, слюне) устанавливать личность человека. Излишне уточнять, что все без исключения эксперты – люди с вузовскими дипломами, безукоризненно знакомые с современной вычислительной техникой и новейшими технологиями.

Результаты исследований создают доказательную базу для следствия. Очень часто итог работы эксперта становится для следствия и суда решающим моментом. Эксперт не просто выдает результат своей экспертизы, но и обязан «защитить» его на судебном заседании. Поэтому результат экспертизы должен быть очевиден и не допускать двойного трактования. Потому что от каждого из них зависит судьба конкретного человека.

В те годы среди моих коллег были удивительные люди, прекрасные специалисты. Когда-то я принимал на работу молодого парня, Вадима Швецова. С годами он набрался опыта и после моего ухода на пенсию занял место начальника экспертно-криминологического отдела. А вот Сергея Азанова на работу в полицию брать не хотели. Убеждения не позволяли ему брать в руки оружие. Но парень был достойный во всех отношениях: умный, рассудительный, образованный, трезвый, обладал нужной физической подготовкой. И я настоял. И потом ни на минуту не раскаялся. А эксперт Виктор Байбородов был со мной в Чечне. Прекрасно себя зарекомендовал. А через несколько лет ушёл на преподавательскую работу в лицей милиции.

В «НЕМИРНОМ ПЛЕМЕНИ»

– Рафаэль Наильевич, мне рекомендовали вас и как ветерана чеченской кампании…

– У нас это называли попросту «командировками». В эти командировки я ездил не воевать, а как специалист-эксперт. Если противостоишь не военным, а бандитам, не обойдёшься без полицейских методов.

Ещё Лев Толстой называл чеченцев «немирным племенем». Это звание они подтвердили во время Великой Отечественной войны. А «чеченские войны» стали одними из первых на планете войнами с террористами.

– Чечня была фронтом без тыла. Ночным фронтом. Днём ты мог мирно беседовать на базаре с хозяином лавки, улыбаться ему, шутить. А ночью тот доставал из тайника автомат… Врагами чеченских «партизан» были не только русские, но и свои соплеменники, заподозренные в предательстве. А «предателем» прослыть было очень просто. Например, в дни одной из моих командировок две женщины, просто накормившие русских солдат, уже следующей ночью были расстреляны единоверцами. Каждый из таких терактов нужно было расследовать, как и любое преступление «на гражданке». Бывало и наоборот. Помню, как русский солдат подстрелил местного мальчишку, бросившего камень в нашу машину. Ему показалось, что мальчик бросил гранату.

Как и у себя дома, на Урале, эксперты-криминалисты собирали гильзы в местах боёв, отстреливали сотни стволов трофейного оружия, чтобы определить виновников конкретных преступлений. Под кроватью у меня были свалены бандитские автоматы, стояли ящики с гранатами и другие «немирные» вещественные доказательства, с которыми я работал.

… И СНОВА – МИРНЫЙ ТРУД

Сейчас в Чечне мир. Её города и сёла подняты из развалин. О прошедшей войне напоминают только окна-бойницы на первых этажах новостроек. На всякий случай.

И до чеченских командировок, и после них, самым главным в жизни Рафаэля Арасланова была работа. В его послужной карточке появляются поощрения за раскрытие опасных преступлений, за лучшие достижения в социалистическом соревновании, за проявленное трудолюбие и оперативное мастерство, за умелую организацию работы на местах преступлений. На его кителе появляются медали «За отличие в службе» трёх степеней и «За отличную охрану общественного порядка» – по итогам чеченской командировки.

Рафаэль Наильевич – профессионал, отлично проявивший себя в дни войны и мира. Успешный эксперт-криминалист непременно должен быть любознательным, высокоинтеллектуальным, эрудированным и одновременно уверенным в себе, методичным и рациональным. Ему обязательно надо иметь хорошую память, быть склонным к анализу и уметь в течение долгого времени

концентрироваться на исследуемом объекте. Все эти свойства есть в характере Рафаэля Арасланова. Не раз и не два результаты экспертиз приводили его к раскрытию преступлений.

– Помню дело о разбойном нападении в Лобаново. Преступник поджидал свои жертвы ночью на автобусной остановке, шёл за ними, а потом нападал. Чтобы разоблачить его, достаточно было снять отпечатки с пустых бутылок, оставшихся на остановке. Была такая особенность у разбойника – коротать время с бутылкой.

– Кто-нибудь из близких пошёл по вашим стопам?

– У сына свой бизнес в области автоэкспертизы. Он просчитывает и вычисляет мошенников, которые ради денег подставляют свои автомобили под удар. Ограждает своих клиентов от шантажа. С помощью экспертиз.