ВЕТЕРАНЫ НОВОГО ПОКОЛЕНИЯ

Один за другим уходят ветераны Великой Отечественной. Место, которое они на протяжении многих лет занимали в нашем обществе, место живых свидетелей войны, занимают другие люди: ветераны Афганистана, воины, принимавшие участие в локальных конфликтах, борцы с международным терроризмом. Эти люди ещё молоды, легки на подъём и открыты к общению.

15 февраля 1989 года последние советские войска были выведены с территории государства Афганистан. С тех пор день вывода войск из Афганистана — это и праздник афганцев-ветеранов, и день памяти всех погибших воинов-интернационалистов.

Пачка выцветших любительских фотографий. На них – молодые парни в форме- «афганке» позируют на фоне диких гор. В одном из юнцов на фотографии я узнаю своего сегодняшнего собеседника. Только лет на тридцать моложе.

– Вы поняли, что оказались на войне? – спросил я Дмитрия Нецветаева.

– Наши ребята перекрывали проход через Вардуджское ущелье, восточнее города Файзабада. Именно в этом ущелье проходило одно из важнейших сражений афганской войны. Но в годы моей срочной службы в этом районе было более или менее спокойно. Не воевали, так, постреливали. Друзей в боях я не терял, о конфликтах с местным населением тоже ничего сказать не могу. Наш гарнизон базировался вдали от кишлаков и прочих населённых мест. С афганцами мы практически не контачили.

Это была война, в которой солдатам боёв и испытаний доставалось не поровну. Была в округе банда – воевали. Разбили врага – служили спокойно. Но и те, и другие делали одно очень важное дело – не подпускали к нашим границам караваны наркокартелей.

-– До войны я жил в Оханском районе. После возвращения из армии сестра позвала меня жить в Пермский район. Здесь, в Култаево, я нашёл себе работу по душе – стал помощником участкового. Чем обязанности помощника отличаются от работы участкового? Да одна и та же работа. Разница в звании. Участковый – майор, а я – прапорщик. Ближе нас из милиции к народу никто не стоял. В смысле преступности Култаево было примерно таким же, как и весь остальной район. Мы с участковым вели профилактическую работу с пьяницами и неблагополучными семьями, наперечет знали весь свой преступный контингент. «Свято место» никогда не оставалось пусто. Одних выловим и посадим, а им на смену из заключения уже новая порция «подопечных» возвращается. Регулярно проверяли охотников, владельцев оружия. Раз в месяц проверяли «условников» – условно осуждённых. Их в Култаево проживало до 40 человек. Постоянного внимания требовала и молодёжь – подростки, состоявшие на учете в милиции.

И – очень важно – в Култаевском поселении было расположено 93 садовых кооператива. В те годы садовые участки просто манили к себе ворьё. Из садовых домиков вывозилось и продавалось всё металлическое: инструменты, кухонная посуда, холодильники и микроволновки, любая проволока и металлические трубы. В одной из бань похитители обнаружили большую металлическую печь, которую было невозможно протащить в дверь. Тогда преступники преспокойно подожгли баню и вывезли печь с пепелища. Количество таких преступлений стремилось к бесконечности.

Култаево стало его второй родиной. Здесь Дмитрий Владимирович получил свою первую однокомнатную квартиру от совхоза, здесь его все знают в лицо, здесь с ним здороваются на улице.

– Приходилось ли вам применять на работе оружие?

– Конечно, полицейскому положено иметь пистолет, и оружие придаёт человеку уверенности. Но для этого пистолет совсем не обязательно вынимать из кобуры. Участковый Анискин носил в кобуре деревянный пугач, и это его устраивало. Я носил настоящий пистолет, но не доставал его, хотя жизнь сталкивала меня с разными людьми. Помню, был случай: ехал я ночью в Чуваки на убийство. Навстречу автомобилю попался молодой парень, несущий куда-то сварочные кабели. Мне это показалось подозрительным, а незнакомец так и не смог дать мне никаких объяснений. Я задержал его и посадил в автомобиль, чтобы потом допросить. Приехал я на место преступления, снял со свидетелей показания. Стало понятно, кто убийца. Но вот где искать преступника? Ясно где… в автомобиле сидит, допроса дожидается! Нужен для такого ареста пистолет?

Когда милицию реорганизовали в полицию, должность помощника участкового была попросту устранена. После десяти лет работы Дмитрий Нецветаев остался не у дел. Но ему предложили новую

работу – заниматься делами тыла. Иными словами – стать завхозом. И он согласился. Уйти из милиции (пусть даже и из полиции) он просто не мог.

Каждый сотрудник полиции рано или поздно становится «молодым пенсионером». Они уступают дорогу тем, кто моложе. Хотя и сил ещё в достатке, и устать ещё не успел. Дмитрий Владимирович теперь трудится водителем в больнице: возит на вызовы врачей, доставляет больных в больницу. А в полиции, в отделе дознания, работает теперь его дочь Елена Стильве, которая в детстве так любила слушать папины рассказы о нелёгкой и захватывающей милицейской службе.

Таких людей, как Дмитрий Владимирович, в районе почти 200 человек. Большинство из них мы не знаем по именам. Только наши дети видят их в школах, когда ветераны приходят к ним на «уроки мужества». Точно так же мы не знали по именам ветеранов Великой Отечественной войны. Но и тогда, и теперь мы живём, зная, что рядом есть люди, способные на подвиг.