За дюралевым бортом

Ветеран ОМВД «Пермский» Виктор Колосов поделился воспоминаниями об афганской войне

Захватывающим рассказам ветерана внутренних дел, полковника полиции в отставке Виктора Колосова позавидует любой киносценарист, когда встречаешь человека с таким богатым жизненным опытом, то сразу понимаешь — перед тобой настоящий полковник. Виктор Александрович стоял на линии огневой поддержки во время конфликта между Вьетнамом и Китаем, воевал с моджахедами в Афганистане, достойно прошел испытания «лихих 90-х» и много лет боролся с преступностью. На счету ветерана ОМВД «Пермский» более сорока трех боевых командировок в Чечню, Дагестан, Ингушетию, а за спиной — почти сорок три года военной выс­луги. Наш герой прошел через множество испытаний и навсегда остался верен долгу, стране и присяге.

Тревожный звонок

Виктор Колосов родом из города Нижние Серги, расположенного на юго-западе Свердловской области. С детства мальчик мечтал о военной форме, поэтому после школы, не раздумывая, решил стать курсантом и поступил в Пермское военное авиационное техническое училище имени Ленинского комсомола на специалиста по управляемым ракетам.

— Я всегда был человеком в форме, потому что считаю: Родину нужно не только любить, но и защищать, — говорит Виктор Александрович.

После окончания Пермского ВАТУ защищать Родину молодому офицеру предстояло в Забайкальском крае — в военной части на китайско-российской границе. Пять лет Виктор Колосов отрабатывал навыки по запуску управляемых ракет на одной из авиационных баз военно-воздушных сил СССР, в то время как в Перми лейтенанта ВВС ждали молодая жена и маленький сын.

— Супруга тогда заканчивала медицинский институт, воспитывала ребенка, ей разделять со мной тяготы военной службы было некогда, — добавляет офицер.

Через пять лет службы Виктора Колосова хотели распределить в Калининград, однако судьба распорядилась по-другому. Срочный звонок из Москвы спутал планы офицера. «В Афганис­тане началась война, поэтому Родина нуждается в грамотном специалисте по управляемым ракетам», — ответили на другом конце провода.

— Командир части пообещал: «Полетишь в Афган всего на три месяца, затем получишь квоту для поступления в военную академию, жизнь будет бить совсем другим ключом». Сначала я упирался, не хотел вновь расставаться с семьей, однако в армии приказы не обсуждаются. Так я оказался в «горячей точке», — продолжает Виктор Колосов.

Горный край

В октябре 1981 года старший лейтенант Колосов в составе группы из двадцати четырех человек отправился военным спецбортом в аэропорт Ташкента, а из столицы Узбекистана Ил-76 перебросил боевую группу в Кабул. Красивый горный дикий край встречал офицеров сорокаградусной жарой, а вмес­то казарм и привычного плаца военных ждали бараки за колючей проволокой.

— Дышать было тяжело, песочная форма насквозь промокала от пота, адаптироваться к этим ужасным условиям — непростая задача, — вспоминает Виктор Колосов.

В то время международный аэропорт в Кабуле в буквальном смысле превратился в военную базу — на одну и ту же «взлетку» садились и гражданские самолеты, и военные вертолеты и истребители.

— В нашем пятидесятом авиа­ционном полку было три эскад­рильи, в мою задачу входило снаряжать ракетами боевые вертолеты, — продолжает офицер.

В Афганистане Виктор Александрович проверял вооружение, выполнял калибровку, обучал личный состав правилам ведения боя в воздухе. А чтобы теорию закреплять практикой, ему часто приходилось осуществлять боевые вылеты и самому. Афганская война стала для многих наших соотечественников серьезным испытанием, и каждый день мог стать последним.

— Подавлять движение моджахедов приходилось и днем, и ночью, — говорит Виктор Колосов. — Конечно, мы держали превосходство в вооружении, в технике, но разве танки и самолеты могут быть эффективными в горах? Пилот со штурманом заводили борты, вставали на цель, отрабатывали ракетами по пещерам, а афганцы тут же сдвигали камни в горах и появлялись словно из-под земли — у себя дома они были в «шапках-невидимках». Помню самый первый вылет нашей эскадрильи, когда потеряли сразу восемь вертолетов.

Ловко покидая дюралевые борты «вертушек», на землю высаживался десант. Штурмовики зачищали опорные пунк­ты и схроны, а авиация поддерживали их огнем с воздуха.

— Бои были очень серьезные, каждый день мы теряли своих друзей и близких, международный аэропорт в ­Кабуле подвергался постоянным обст­релам, — продолжает Виктор Александрович. — Со временем, казалось бы, уже научились определенной тактике боя, но у афганцев вдруг появились американские «Стингеры». С этими зенитно-ракетными комплексами справляться было еще тяжелее, поэтому в сложившихся условиях захват «­Стингера» был приоритетной задачей для всех подразделений Советской Армии.

Исподтишка

Поскольку практически вся территория Афганистана (4/5 площади) — это горы, скалы и засушливые холмы, то переб­расывать военных в таких условиях было крайне затруднительно. Именно поэтому пятидесятый авиационный полк в Кабуле ценился на вес золота — для пехоты, разведки и штурмовиков вертолетчики становились лучшими товарищами и главными спасителями. Только они в тяжелом бою могли своевременно прийти на помощь и вызволить из огненного плена сослуживцев.

— Часто моджахеды устраивали засады, и наши ребята, рискуя потерять вертолет, а главное — свои жизни, отправлялись в самое пекло, — говорит наш собеседник. — Иногда «душманы» устраивали засады и на авиацию, поскольку наши штурмовики СУ-25, транспортные вертолеты МИ-8 и ударные МИ-24 были для них настоящей грозой. До земли поклон низкий тем, кто рисковал своими жизнями. Принимая огонь на себя, вертолетчики спасали сотни жизней «желторотых» шурави.

Заставали «душманы» врас­плох советских бойцов и в самом Кабуле. Что только ни придумывали моджахеды: подсыпали отраву в еду и воду, караулили неопытных срочников в подворотнях. Но самые подлые прес­тупления боевики совершали, переодевшись в женщин.

— Преступления против наших военных происходили часто, моджахеды одевались в женскую одежду и исподтишка втыкали нашим ребятам в спины ножи, — говорит Виктор Колосов. — В солдат стреляли даже дети, верить в Афганистане нельзя было никому. Смотрит на тебя местный житель, улыбается, мандаринами угостит, а мандарины заранее отравит. Нам говорили: преж­де, чем что-то брать на рынке из продуктов, нужно опробовать эти продукты на самих афганцах. Так мы и делали — застав­ляли их пить и есть.

Путь домой

Три месяца пролетели, но менять Виктора Колосова никто не спешил. Спустя год и семь месяцев наш герой стал бить перед командованием тревогу.

— Почти два года этой «грязи» и ежедневных потерь очень сильно повлияли на психику, — говорит Виктор Александрович. — Каждый день я думал о сыне, хотел скорее вернуться домой. И однажды меня все-таки демобилизовали, вот только вернулся я отнюдь не к семье, а обратно на Дальний Восток.

В родной части командир оказался человеком чести — как только появилась возможность, он сдержал свое слово и смог договориться о квоте в обещанной военной академии. Так Виктор Колосов отправился учиться в Киев.

Четыре года в столице Украинской Советской Социалис­тической Республики офицер получал высшее образование, а параллельно с учебой занимался спортом — многоборьем и футболом. Ему даже удалось познакомиться с некоторыми именитыми футболистами из команды украинского «Динамо».

Окончив киевский военный вуз, наш герой наконец-то отправился в Пермь.

— Поскольку семья была в Перми, то и вопрос с распределением решили быстро — отправили меня служить в родное ПВАТУ, учить курсантов основам автоматики и вычислительной техники, — вспоминает Виктор Александрович. — Но уже через несколько лет авиационное училище стали «хоронить»: зарплаты не платили, повсюду началась разруха, преподаватели массово увольнялись, кто-то уходил в криминальный бизнес, кто-то отправлялся торговать колготками на рынок.

В разгар «лихих 90-х» ушел из военного училища и наш герой. Некоторое время Виктор Колосов работал на стройке — возводил коттеджи в микрорайоне Новые Ляды, занимался заготовкой леса и даже однажды чуть не впутался в бандитские разборки. Параллельно с тяжелой работой Виктор Александ­рович учился, а после того, как получил второе высшее образование, знакомые из прокуратуры предложили боевому офицеру поступить на службу в налоговую полицию.

— В отделе кадров только что образовавшегося ведомства мне сказали, что с военными налоговики не дружат и посоветовали для начала отслужить несколько лет в системе МВД, — говорит Виктор Колосов. — Так я и остался в правоохранительных органах до самого выхода на пенсию, сменив форму военно-­воздушных сил СССР на милицейский мундир.

Настоящий полковник

Виктор Колосов стал инспектором материального обеспечения в Центре административной и хозяйственной деятельности ГУ МВД России по Пермскому краю. Он не раз ездил в командировки на Северный Кавказ, а после реформы системы МВД возглавил тыл в Отделе МВД по Пермскому району.

— Службу продолжил в Пермском районе, познакомился с легендарным полковником Вениамином Григорье­вичем Ившиным, вместе мы осуществ­ляли материально-­техническое обеспечение, следили за во­оружением личного состава. Из Пермского районного отдела полиции я и вышел на заслуженный отдых.

Не сидит без работы Виктор Колосов даже на пенсии, ветеран боевых действий возглавляет Товарищество собственников недвижимости в одном из микро­районов города Перми. Офицер награжден государст­венной наградой — медалью «За боевые ­заслуги», имеет правительственные ­благодарности и дипломы, а также грамоту за подписью Президента России.

Виктор Александрович вырастил четырех сыновей, старший Денис пошел по стопам отца: работал в полиции, ездил в Чечню в служебные командировки и дослужился до полковника одного из пермских подразделений Госавтоинспекции.

— С детства прививаю своим мальчишкам любовь и уважение к семье, к Родине, воспитываю в них ответственность, целеустремленность и самостоятельность. Всегда говорю пацанам: думайте своей головой, стойте на своих ногах, поскольку настоящий мужик должен уметь постоять за себя, защитить своих близких. А если Родине грозит опасность, то закрыть грудью и ее просторы, — подытожил разговор Виктор Александрович.

Андрей Кобзев
Фото Алексея Журавлева