Затянувшаяся командировка: как красноармейцы Белоруссию от нечисти чистили

Недавно югокамский краевед Николай Алексеев закончил работу над книгой воспоминаний наших дедов, отцов, матерей, бабушек, переживших тяготы Великой Отечественной войны, прошедших по дорогам испытаний.

«Эти воспоминания-истории я начал записывать более 40 лет назад, — рассказывает он. — Годы шли, ветераны уходили из жизни, а книга воспоминаний пополнялась все новыми и новыми историями. Я записывал рассказы фронтовиков, воевавших на разных фронтах, записывал рассказы тружеников тыла, работавших в годы войны на колхозных полях и в заводских цехах. За несколько десятилетий этих воспоминаний набралось на добрую книгу.

В последнее время ко мне стали обращаться школьники, студенты с просьбой поделиться этими воспоминаниями, ведь они уже мало что знают о том драматическом времени. А здесь, можно сказать, из первоисточника можно узнать о самых разных эпизодах военного времени: как жили, как и где воевали, чем питались, как и где работали, что выпускали для фронта и так далее.

Сейчас, когда Россия проводит военную операцию на Украине, я решил поделиться с читателями «НИВЫ» одним из рассказов из этой книги (она уже готова к печати) о том, как солдатам Великой Отечественной войны довелось столкнуться с бандеровщиной на территории Белоруссии. Ведь сегодня внукам и даже правнукам тех солдат приходится очищать от возродившегося фашизма Украину.

Это воспоминания участника Великой Отечественной войны Иннокентия Ивановича Винокурова «Затянувшаяся командировка» о том, как в послевоенные годы ему пришлось воевать с недобитыми фашистами на территории Белоруссии. Этот рассказ был мною записан в апреле 1990 года».

После капитуляции

Война для меня закончилась 12 мая 1945 года в Чехословакии. Добивали окруженную группировку фашистов, вырвавшуюся из Праги. Капитуляцию они не признавали, в плен не сдавались. Они хотели сдаться американцам, которые были на другом берегу Влтавы. Группировка была очень сильная, около миллиона солдат. Сопротивлялись они как звери, попавшие в капкан. В ликвидации группировки участвовали войска маршалов Жукова и Конева.

После боев наша группировка осталась в Чехословакии, в районе небольших, но чистеньких и уютных городков Чешска Липа и Красна Липа. Несли гарнизонную службу, прочесывали леса, горы, патрулировали дороги, вылавливали разбежавшихся фашистов и власовцев.

В начале августа мы получили приказ идти домой. Шли походным порядком, марши были легкие, не более 30-32 километров в день. Война кончилась. На душе радостно, светло, все невзгоды, горести позади. Население встречало нас очень тепло, приветливо. Так мы прошли Чехословакию, Польшу и остановились в белорусском городе Лида.

Приказ получен

На другой день 15 человек вызвали к парторгу полка майору Хомаку. Выдали удостоверения. В моем удостоверении было написано: «Выдано товарищу Винокурову И. И. в том, что он является уполномоченным Лидского райисполкома депутатов трудящихся и РК КП(б)Б по проведению государственных заготовок сельскохозяйственных продуктов из урожая 1945 года. По с/советам Фольковского и Ольжевского. Срок уполномочия – до 15 сентября 1945 года».

Надо сказать, что населенные пункты, расположенные один от другого на расстоянии до десяти километров среди лесов и болот, насчитывали 10-20 домов, были и чуть меньше, и чуть больше. В лесах скрывалось много фашистских недобитков – бандеровцев, власовцев, бандитов, снабженных оружием, боеприпасами, рациями.

В моей группе было 12 человек, коммунистов и комсомольцев, в основном, сержантский состав. Наша задача – агитация среди населения по сдаче хлеба.

Под бандитскими пулями

Наша работа началась со станции Рожанка, куда мы прибыли на поезде. В первой же деревне Козорезы, где мы проводили собрание, нас обстреляли из леса. У деревни Ладоги прошел целый бой. Бандиты свирепствовали: сдашь хлеб Советам – спалим. Поджигали и убивали: народ был очень запуган бандитами.

Вернулись мы в Лиду не 15 сентября, как было указано в удостоверениях, а в конце апреля 1946 года, так как заготовка сельхозпродуктов шла очень трудно, а в феврале-марте началась подготовка к выборам в Верховный Совет республики. Мы в этой подготовке оказывали помощь. Бандеровцы поджигали избирательные участки, убивали представителей власти и членов избирательных комиссий.

Спать приходилось урывками, устраивались с вечера по три-четыре человека, а ночью уходили на сеновалы и в другие места. Каждая группа выставляла часового. Этому нас научила первая ночь, когда мы расположились спать по хатам, как дома. Правда, часовые были. Ночью поднялась стрельба. Стреляли по окнам и дверям. Подползли мы в сенках к дверям, на улицу сразу не выскочишь. Что делать? Сержант Карнаухов шепчет мне: «Распахни, старшина, двери, я выскочу». «Убьют, – говорю, – надо по-другому». Надели мы на ухват шинель, сержант распахнул дверь, и я выбросил нашу приманку в проем двери.  Сразу же очередь из автомата прошила ее. Мы мгновенно оказались на улице, ударили из автоматов по месту вспышек, и один бандит был уничтожен.

В бабьем платье

Осенью 1945 года ночевали мы в деревне Конюшаны. Староста деревни сказал, что на хуторе Солтус, через которую наш путь лежал в деревню Заболотье, пришел домой бандит. «Прибить бы его, хлопцы, шибко злодей, – добавил староста, – крови на нем – ввек не отмыть».  Только стало светать, мы вышли на хутор. Подошли осторожно, скрытно, без звука. Заранее всё обговорили, чтобы на засаду не наскочить. Подползли к огороду, смотрим, из трубы дым идет. Из ограды женщина вышла и, пригнувшись, пошла по борозде, срывает что-то с гряд, кладет в фартук. Лицо прикрыто платком.  Идет медленно, чуть посматривает по сторонам. А мы, растяпы, спросить бы ее, да боимся, что шум поднимет, и тогда уйдет бандит от нас. Дошла эта баба до забора и исчезла. Потом оказалось, что это и был бандит. Предупредил его кто-то.

Злобные твари

В апреле нас жители предупредили, что бандеровцы будут справлять день рождения Гитлера, на который прибудут «гости» из-за Немана. До Лиды 50 километров, связи нет, боеприпасов тоже. На наше счастье к нам присоединилась группа младшего лейтенанта Пронина, и они поделились с нами боеприпасами. Веселей стало. Людей более 20 человек – сила!

Ночью в трех километрах в деревне Большие Конюшаны поднялась стрельба, потом увидели зарево от пожара. Мы поспешили на помощь, но там уже действовал взвод НКВД.  Бандитов выбили, а троих удалось захватить. Здесь бандиты разграбили и подожгли магазин сельпо, убили учительницу школы с трехлетней дочуркой, повесили старосту деревни, матроса, инвалида войны. Сколько горя принесли эти фашистские выродки людям! Тупые, злобные, они даже не понимали, за что воюют. Грабь, убивай, жги, насилуй – это у них цель, программа.

Из всех групп, которые уходили по сельсоветам, погибли 12 молодых ребят, прошедших тяжелейшие версты войны.  Каждый из них писал домой: «Ждите, еду». Дома готовились встречать дорогих победителей, а приходили похоронки.

Так пришлось нам, солдатам, и хлеб добывать, и землю чистить от нечисти.

Ранее газета «Нива» рассказывала о рядовом-стрелке Владимире Честикове из Сылвы.